Заметки Погорского
Блог

Прости, Марио, но принцесса спаслась сама: как зарождался феминизм в играх

Исследование Стаса Погорского.

На заре игровой индустрии считалось, что геймеры – почти всегда мальчики, парни и взрослые мужчины. Соответственно, авторы игр старались угодить именно мальчишеским желаниям. Подавляющее большинство ранних протагонистов – мужчины, на чьи сильные плечи ложится миссия по спасению кого-либо или чего-либо, а то и всего мира. Женщины в таких историях либо отсутствуют, либо фигурируют в ролях, придуманных, опять-таки, для угождения мужской аудитории.

В видеоиграх существовало два основных женских типажа: классическая дама в беде (вечно похищенная принцесса Пич из Super Mario) или абсурдно сексуализированная злодейка (Темная королева из Battletoads). Были и другие героини вроде агрессивной антропоморфной ежихи Эми, гоняющейся за Соником (с целью поженить на себе) – всех их объединяет зависимость от главного героя, мужчины, пусть и выражающаяся по-разному.

Темная королева

Позже игровые разработчики начали создавать более продуманных и интересных героинь, не являющихся замаскированным плот-девайсом (то есть не введенными в сценарий только для выполнения конкретной функции). Sports.ru вспомнил, как начиналась феминистская революция в играх.

Первая известная главная героиня появилась неожиданно — ее придумала Nintendo

Восьми- и шестнадцатибитная эпоха гейминга была особенной, в том числе, благодаря техническим ограничениям: простенькие двухмерные спрайты персонажей и окружения оставляли большой простор для воображения. Nintendo, главный эксплуататор сюжетной тропы «принцесса в беде», однажды использовал эту особенность очень умно, сумев потрясти геймеров и войти в историю.

Речь, конечно, о Metroid 1986 года для NES – одной из двух игр, породивших жанр метроидваний, в которых игрок мотивирован повторно исследовать пройденные локации снова и снова. По сюжету протагонист игры отправляется на космическую пиратскую базу, чтобы освободить ее от враждебных пришельцев и уничтожить управляющий ими Материнский мозг. Всю игру герой бегает в полном скафандре со шлемом, а в инструкции к нему обращаются с помощью мужских местоимений.

Для самых быстрых игроков разработчики приготовили большой сюрприз: в зависимости от скорости прохождения открывается одна из 5 возможных концовок. И если добраться до финала за 3-5 часов, то «Метроид» не просто встанет в победную позу, но еще и снимет шлем... Чтобы показать игроку: он – на самом деле она.

Таким маленьким штрихом, практически пасхалкой, Nintendo пошатнула сознание геймеров: Metroid стал хитом с миллионными продажами, от которого никто не ждал социального комментария. И то, что игра не делает акцента на гендере Самус по ходу прохождения, только усилило эффект.

Надежные инсайды об играх Sony: ремейк первой The Last of Us, отмена Days Gone 2, новая Uncharted

Получилась красивая феминистская история... не считая одного важного дополнения. Поняв, что Metroid мотивирует проходить сюжет как можно быстрее, игроки продолжили совершенствоваться и в итоге пробежали весь путь меньше чем за час. Им открылась самая секретная концовка: Самус встает в практически ту же героическую позу, но уже не только без шлема, а вообще в бикини. И если ввести специальный пароль, в таком костюме можно пройти всю игру.

Понять, в какой игре впервые можно было играть за женщину, невозможно

Самус заслужила звание первой по-настоящему прославившейся главной героини – и благодаря успеху игры, и благодаря получившемуся перфомансу. Но протагонисты-женщины появились в играх чуть раньше.

«Первой консольной игрой с играбельной девушкой, находящейся в пределах экрана» считается аркада Wabbit 1982 года для Atari 2600 от малоизвестной компании Apollo. Суть геймплея в том, чтобы швырять яйца в кроликов, которые пытаются утащить морковь с грядок – игра заканчивается или победой героини (когда она наберет 1300 очков), или кроликов (когда они съедят 100 морковок).

Никаких космических мозгов или победных бикини в истории с Wabbit нет, но зато ее разработкой, в отличие от Metroid, занималась женщина — программистка вьетнамского происхождения Бан Тран, ранее не работавшая в индустрии (типичный случай для видеоигр 80-х). Последнее десятилетие, а то и дольше, игровые историки и журналисты пытаются отыскать Бан Тран и выяснить, что стало с исторической фигурой. Попытки ни к чему не приводят: отправленные по старым адресам письма возвращаются обратно, а людей с именем Бан Тран в мире слишком много – это вьетнамский эквивалент Марии Ивановой.

Безуспешные поиски Бан Тран заставляют задуматься о еще одной проблеме, затрагивающей реальных, а не виртуальных женщин в индустрии. Часто им сложнее заработать известность своей работой из-за традиции брать фамилию мужа в браке. А ведь потом может случиться развод – так у одной разработчицы сложатся два неполных портфолио с многолетним пробелом в одном из них. Именно из этих соображений некоторые девушки в индустрии отказываются менять фамилию при любых обстоятельствах – так надежнее.

Уникальная история топовой MMORPG: ее чуть не погубили цветочные горшки, а спаситель плакал на встрече с фанатами

В игровой истории и без того хватает белых пятен, из-за чего даже такая простая задача, как поиск первой протагонистки, превращается в перечисление подходящих кандидаток, но не в строгий факт. Например, первая играбельная женщина могла появиться еще в аркаде Score от Exidy, которую выпустили в 1977 году... Вот только сейчас невозможно найти даже скриншот ее геймплея, не говоря уже о рабочем аркадном кабинете.

Все, что мы знаем о Score – она была «битвой полов», в которой два игрока соревновались в количестве набранных очков.

Репрезентация женщин в играх развивается, но не без проблем

Это нормально: не каждому сценаристу удается выписать такую комплексную и нестереотипную героиню, как Элли из The Last of Us – но и ее кто-нибудь раскритикует за недостаточное проявление фемининных черт характера или «негативный образ» в сиквеле.

Главное, чтобы разработчики учились на ошибках прошлого.

Например, в современных мейнстримовых играх уже почти не встречается надоевший образ дамы в беде: даже принцесса Зельда в современных The Legend of Zelda уже не настолько беспомощна и, вероятно, будет равноправно помогать Линку в сиквеле Breath of the Wild.

Стало меньше и сексуализации. Лара Крофт из Tomb Raider 1996 года часто считается одной из икон феминизма: она самостоятельно преодолевала смертельные ловушки и сражалась с врагами без помощи мужчин, не ради них и не по их воле. Тем не менее, Лара носила короткие шорты и обтягивающую майку, облегающие два полигона ее знаменитой груди.

 

В мире дефицит микрочипов – без них не будет консолей, видеокарт и даже автомобилей. Возможно, до 2023-го лучше не станет

Современная Лара одевается более практично, не ставя в приоритет демонстрацию вторичных половых признаков, и даже носит штаны.

В 1999-м большой шаг для репрезентации героинь сделал культовый квест The Longest Journey от норвежца Рагнара Торнквиста: протагонистка Эйприл Райан там одевалась не вызывающе, зато демонстрировала свои фемининные черты вроде заботливости и материнского инстинкта при взаимодействии с другими персонажами.

Другие разработчики пошли по безопасному пути введения играбельных женщин, сперва представляя их в качестве второстепенных персонажей. Так, например, было с Адой Вонг: сперва она появляется в роли напарницы в Resident Evil 2 1999 года, а в более поздних частях за нее уже можно играть. Можно назвать такой подход читерством – на первую роль выводят только девушек, уже получивших одобрение аудитории, – но все-таки это хороший компромисс для бизнеса.

Примерно в начале нулевых присутствие сильных, интересных и не гиперсексуализированных героинь стало превращаться в настоящий тренд. Два ярких примера: Half-Life 2 (2004) и Beyond Good & Evil (2003).

В первой игре молчаливого героя сопровождает Аликс Вэнс – крайне сообразительная девушка, запоминающаяся своей личностью, а не внешностью. За ее образ стоит поблагодарить главу Valve Гейба Ньюэлла: перед дебютом Half-Life 2 на E3 он спросил у разработчиков, чем Аликс отличается от других героинь видеоигр. На тот момент она была не настолько продумана как персонаж и носила «двухцветное трико, ботинки до колен, ремни и пряжки». После комментария босса авторы перепридумали Вэнс с целью создать максимально нетипичную героиню.

В экшен-платформере Beyond Good & Evil от Ubisoft игрок управляет Джейд – еще одной культовой героиней, фотографом, которую затягивает в эпицентр заговора галактических масштабов. Всю игру Джейд сопровождает антропоморфный свин дядя Пей’Дж. В одной из сцен Джейд попадает в плен и друг помогает ей выбраться, но не спасает девушку сам. Вместо этого Пей’Дж кидает Джейд посох со словами: «Освободись, Джейд, я их отвлеку», – показывая равенство и партнерство между ним и героиней.

* * *

Сейчас интересные героини встречаются в играх чаще, чем несколько десятилетий назад: у нас есть Элли из The Last of Us, Элой из Horizon, получившая отдельную игру Аликс из Half-Life, Кейт из Gears 5 и еще несколько десятков примеров. Геймеры взрослеют и становятся разнообразнее (сейчас почти половина играющих людей – женщины) – и игры взрослеют пвместе с ними.

Телеграм-канал / твиттер Стаса Погорского

ЛГБТ-персонажи в видеоиграх были даже в первых «Марио». Но их до сих пор слишком мало

PlayStation наплевать на старые игры. Стас Погорский сгорел

Пробую новые инди-игры
5%
Loop Hero
Разгребаю бэклог
12%
Assassin's Creed Valhalla
Прохожу классику
33%
The Elder Scrolls IV: Oblivion
Играю в мультиплеер
24%
Call of Duty: Warzone
Занимаюсь чем-то другим
26%
DOTA: Dragon’s Blood

Комментарии

Возможно, ваш комментарий – оскорбительный. Будьте вежливы и соблюдайте правила
  • По дате
  • Лучшие
  • Актуальные
  • Друзья